Мы с Димой уже пять лет как расписались, а живем вместе и того дольше — около семи. Казалось бы, за это время можно привыкнуть друг к другу, притереться, найти общий язык. Но есть один человек, который словно специально ждет моего провала, чтобы ткнуть в него пальцем. Это моя свекровь, Нина Петровна. И ее главная проблема — моя внешность, а точнее, размер моей груди.
Началось все довольно невинно, я бы даже сказала, случайно. Мы с ней сидели на кухне, пили чай, и я пожаловалась, что в последнее время цены на нормальное белье просто космические. Она тогда заинтересовалась, спросила, какой у меня размер груди и за какую цену я покупаю себе лифчики. Я ответила ей честно. И тут Нина Петровна как-то странно на меня посмотрела, усмехнулась и сказала: «Ты зачем вообще деньги на лифчики тратишь? У тебя даже груди толком нет».
Я тогда не придала значения этим словам, подумала, что у всех разное восприятие. Но это был только первый звоночек. Дальше — больше. При каждой нашей встрече она обязательно находила повод высказаться о моей фигуре. То она говорила, что мне не идет это платье, мол ребра в нем торчат. То вдруг заявляла, что моя грудь, наверное, скоро совсем исчезнет и ей жаль своего сына, ведь мужчинам нравится, когда «есть за что подержаться».
Мой муж, Дима, всегда был маминым сыночком. Я знала это и до свадьбы, но думала, что после создания семьи ситуация изменится. Не изменилась. Мама для него — главный авторитет. Если она сказала, что суп недосолен, значит, я не умею готовить. Если она сказала, что нам пора менять шторы, мы меняем шторы. И вот теперь она решила, что ей не нравится моя внешность.
Самое обидное, что она постоянно ставит мне в пример одну девушку. Бывшую Димы. Я знаю, что у них все было серьезно до меня, они встречались почти три года, и свекровь была от нее без ума. Эта девушка была стройной, но, как говорит Нина Петровна, «женственной и с формами». У нее была очень пышная грудь. Свекровь с ней дружила, они вместе ходили по магазинам, и она до сих пор вспоминает, какая та была красавица. Каждый раз, когда я слышу это сравнение, мне хочется провалиться сквозь землю. Но свекровь не унимается.
Недавно она выдала новый перл. Мы заговорили о детях. Мы с Димой пока не планируем, но на перспективу мысли об этом все-таки есть. Однако у Нины Петровны и на этот счет свое мнение: «Ты с такой грудью и котенка выкормить не сможешь, не то что ребенка. Молоку и приходить-то будет некуда». Я просто онемела. Это же полный бред, все знают, что размер груди никак не влияет на лактацию. Но она уперлась, как танк, и твердит это каждый раз.
В последний раз мы поругались окончательно. Мы вернулись с мужем из отпуска. Ездили на море, отдыхали на диком пляже, где было мало народу. Мы сделали пару снимков. На одном фото я стою топлес спиной к камере. Там ничего такого не видно, просто голая спина в кадре, обычное пляжное фото. Свекровь пришла к нам в гости, и мы решили показать фотографии.
Увидев снимок, она побелела. Схватила альбом, швырнула его на журнальный столик и начала кричать. Она говорила, что это позор, что мы как животные какие-то, что нас могли видеть другие люди. Но главное — она снова переключилась на меня. «А твоя бывшая, — орала она, обращаясь к Диме, — она бы никогда не позволила себя так сфотографировать! У нее есть чувство достоинства! А эту ты на помойке нашел, видимо» (читайте также: «„Все, что ты зарабатываешь — деньги нашей семьи», — сказал мне свекор и потребовал доступ к моей карте»).
В этот момент у меня что-то щелкнуло. Вся обида, все эти издевки, сравнения и унижения выплеснулись наружу. Я сказала ей все, что думаю. Я сказала, что ее «идеальная» бывшая, видимо, не такая уж и идеальная, если сбежала от такого «золотого» мальчика, как ее сын. Что она просто не может смириться, что сын нашел себе другую женщину, а не ее копию. И что меня совершенно не интересует мнение женщины, которая измеряет ценность другого человека сантиметровой лентой и своими странными мыслями.
После этого я выгнала ее из дома. Дима, конечно, был в шоке. Но он даже не заступился за меня. А вечером он пришел ко мне с просьбой. Он сказал, что мама очень расстроилась, плакала, обиделась на мои слова про бывшую. И он попросил меня извиниться. Просто чтобы восстановить мир в семье. Я отказалась. Я не вижу своей вины. Я не оскорбляла ее лично, я защищала себя. А она оскорбляла меня месяцами, но ему почему-то не приходило в голову просить извинений.
Я понимаю, что Нина Петровна не может меня принять. Я для нее — чужая. Она боится потерять контроль над сыном, и ей легче принижать меня, находить во мне недостатки, чтобы доказать ему (и себе), что он ошибся с выбором. Ей плевать, что я хорошая хозяйка, что у нас с Димой теплые отношения, что я люблю ее сына. Она видит только мою грудь. Или, скорее, ее отсутствие.
Мы с мужем сейчас в ссоре. Он ждет от меня шага навстречу, а я жду, чтобы он перестал быть тенью своей матери и наконец-то понял, что мы с ним — одна семья. А его мама должна принять тот факт, что его женщина — это я, со всеми моими достоинствами и недостатками. Я не собираюсь прогибаться и извиняться за то, что я такая, какая есть. И если ему важнее ее мнение, чем мои чувства, значит, нам есть о чем серьезно поговорить. Но извиняться я не буду. Устала (читайте также: «„Этот отпуск я проведу со своей мамой, а не с тобой» — сказал мне муж и не ожидал услышать такой ответ»).
А как бы вы поступили на месте героини?
- Извинилась бы перед свекровью, мир в семье важнее всего%
- Не стала бы извиняться, выставила бы свои границы и для мужа, и для его мамы%
- Отправила бы мужа с вещами к его любимой маме%
- Свой вариант в комментариях%