Настасья Урбано
Бывшая коллега Настасьи Урбано, узнав о том, что с ней случилось, сказала одну фразу: «В то время мы были принцессами, но она… Она была богиней». В 80-х это не звучало как преувеличение. Урбано снималась для Vogue, представляла Yves Saint Laurent и Revlon, работала рядом с легендарной Линдой Евангелистой и проводила вечера в компании Мадонны и Джека Николсона. Мир моды знал ее имя наизусть. И невозможно поверить в то, что сегодня она ночует на скамейках в парках Барселоны.
Вершина карьеры
Настасья Урбано вышла на подиум в эпоху, когда супермодели были настоящими звездами — не просто красивыми лицами на странице журнала, а людьми с именем, репутацией и гонорарами, которые позволяли жить как королева (читайте также: «Идеальная фигура»: как выглядит и одевается 23-летняя супермодель из России, чья внешность наделала шума в соцсетях). Именно так она сама описывала ту жизнь: «У меня было все. Я жила, как королева».
Настасья Урбано
Обложки Vogue 1981 года, съемки для крупнейших брендов, показы, где ее имя стояло рядом с именами женщин, вошедших в историю моды. Коллеги вспоминают ее как человека с особым магнетизмом: не просто красивую, а ту, от которой буквально невозможно было отвести взгляд.
Любовь и начало конца
Потом появился он, и Настасья влюбилась так, как влюбляются люди, которые привыкли отдавать все и не задавать вопросов. Она дарила мужу дорогие подарки, доверяла ему безоговорочно, строила с ним семью. Потом у них родились дети.
О том, как именно муж забрал деньги и активы, Настасья говорит скупо — только результат: «Мой бывший супруг и отец моих детей оставил меня без копейки, выставив за дверь только в одежде, которая была на мне». Не в переносном смысле: буквально в том, что было надето в тот момент.
Падение
То, что последовало дальше, разворачивалось неумолимо: сначала съемные квартиры, из которых ее выселяли, потому что платить девушке было нечем. Потом ночевки у друзей, когда они соглашались ее принять, а затем скамейки в парках. Потом кабинки банкоматов, когда на улице было холодно.
Настасья Урбано
Депрессия пришла вместе с бедностью или, возможно, опередила ее. Настасья говорит об этом прямо, без попыток выглядеть сильнее, чем есть: «Я хочу жить, а не выживать. Я устала выживать и просить милостыню. Люди проходят мимо, все идут мимо, и я этому не удивляюсь».
Самое тяжелое для нее даже не отсутствие крыши над головой и не голод (читайте также: Отец издевался над ней с детства, а в 40 лет она потеряла все: трагичная история первой супермодели в мире). «Я хочу, чтобы мои дети видели меня счастливой. Я хочу восстановиться как личность, чтобы они гордились мной».
Реакция мира, который ее когда-то знал
Когда новость дошла до бывших коллег, реакция была единодушной — шок. Никто не ожидал. Рут Шулер, работавшая с Урбано в 80-х, не смогла подобрать других слов, кроме «богиня» и добавила, что все в шоке. Другая бывшая звезда подиума, Эрнандо Херрера, публично заявила о готовности помочь: выйти на фотографов и агентства, попытаться вернуть Настасью в профессию.
Настасья Урбано
Помогут ли — неизвестно. Мир моды жесток к возрасту даже с теми, кто не падал так низко. Настасье пятьдесят семь, да и за окном давно не восьмидесятые.
Вместо послесловия
История Урбано неудобна тем, что в ней нет простого объяснения и нет очевидного виноватого — точнее, виноватый есть, но он недосягаем. Она сделала то, что делают многие влюбленные женщины: доверилась полностью, не подстраховалась и не задала вопросов вовремя. Разница только в том, что терять ей было больше, чем большинству. «Богиня» — сказала о ней подруга. А ведь богини в мифах тоже страдали.