В 1997 году на глубине четырех тысяч метров подводные микрофоны Национального управления океанических и атмосферных исследований США (NOAA) зафиксировали звук, который был громче любого кита, ниже самого низкого вулканического гула и не походил ни на что из каталога военно-морской разведки. Сотрудники лаборатории назвали его «Bloop» — и поседели за одну ночь.
Не кит, не вулкан, не подлодка
Ученые — народ скептичный. Когда гидрофоны Тихоокеанской системы слежения зацепили нечто в точке с координатами 50° южной широты и 100° западной долготы, первой мыслью было: кит. Но синий кит, самый громкий из китообразных, выдает крики на частотах от 10 до 40 герц. «Bloop» же звучал на инфразвуковых частотах, нарастал в течение минуты и разошелся так, что его поймали датчики за пять тысяч километров друг от друга.
Ни одна подводная лодка, ни один тектонический разлом, ни одно известное науке морское существо не способны производить звук такой амплитуды (читайте также: На острове в Австралии истребили мышей и крыс, и вот какое биологическое чудо там произошло). Чтобы издать подобное, животное должно быть размером с нефтяной танкер. Или больше.
Кого услышали гидрофоны
Вот тут-то самое интересное! Доктор Кристофер Фокс, руководивший акустической программой NOAA, в одном из интервью обмолвился: «Характер звуковой волны напоминает биологический сигнал. Живое существо. Огромное. Неизвестное». Позже, правда, официальная наука смягчила формулировки и списала все на подводные ледовые толчки. Но не все с этим согласны.
Морские биологи, склонные к ереси, выдвинули гипотезу: «Bloop» — это голос гигантского кальмара. Не того, что показывают в музеях — жалкие десять метров с глазами-блюдцами, — а настоящего, глубинного, размером с подводную лодку. Того самого, которого моряки XV века называли Кракеном и рисовали на картах, закрашивая черным целые участки океана.
И вот тут начинается самое жуткое (читайте также: Ученые отправили робота на дно Марианской впадины, и то, что попало в кадр, не может объяснить никто).
«Джулия»: второй голос бездны
Через два года после «Bloop» та же система засекла еще один звук. Его назвали «Julia» — потому что он напоминал протяжный, почти человеческий стон, будто кто-то звал по имени. «Julia» звучала пятнадцать секунд, и ее поймали сенсоры в районе, где, по легендам, затонул не один десяток кораблей без объяснения причин.
Если «Bloop» — это рев, то «Julia» — это плач. Или песня. Или предупреждение. Кто-то из независимых океанографов предположил: это два разных существа, и они общаются. Перекликаются через весь океан. Ждут чего-то.
Что говорят архивы
Одна из рассекреченных записей гидроакустической лаборатории ВМФ США гласит: «Зафиксированный сигнал не может быть отнесен ни к одному известному источнику антропогенного или геологического происхождения. Частотные характеристики указывают на биологический объект с ориентировочной длиной тела не менее семидесяти пяти метров».
Семьдесят пять метров (читайте также: Ученые спустились в «затерянный мир» под Антарктидой и нашли существ, которые 10 миллионов лет не видели света). Это высота двадцатиэтажного дома. И он живет там, внизу, в темноте, куда мы не спускаемся.
Мы знаем о поверхности Марса больше, чем о дне собственных океанов. Гидрофоны NOAA, разбросанные по всему миру, продолжают записывать странные, необъяснимые звуки каждый год. Некоторые из них длятся часами. Некоторые повторяются с пугающей периодичностью. И пока официальная наука вежливо отводит глаза, подводные акустики, сидящие на дежурстве в изолированных лабораториях, продолжают слышать то, что слышать не должны. То, что, возможно, слышали еще викинги, выходя в море и молясь Одину перед встречей с Кракеном.
Так что когда в следующий раз окажетесь на пляже и посмотрите на горизонт, вспомните: там, в черной толще, кто-то поет. И этот кто-то — не кит.