Викторианскую эпоху принято представлять как время безупречных манер и кружевных зонтиков. Но за красивым фасадом скрывалась система, где замужняя женщина юридически переставала существовать как отдельный человек, а несогласие с мужем при желании можно было объявить психическим расстройством. Все, о чем мы расскажем ниже, зафиксировано в парламентских актах, медицинских журналах и судебных отчетах того времени.
Диагноз «истерия» решал любые споры с женой
Слово «истерия» происходит от греческого hystera — «матка»: врачи Викторианской эпохи всерьез считали, что матка способна «блуждать» по телу женщины и вызывать симптомы от тревожности до головокружения. Диагноз ставили почти при любом отклонении от нормы поведения: перепады настроения, потеря аппетита, чрезмерный интерес к учебе или отказ выполнять волю мужа (читайте также: «Ты больше не муж мне»: 5 диких способов развода, которые практиковали в Древней Руси).
Формального свидетельства двух врачей хватало, чтобы поместить женщину в частную лечебницу без ее согласия, и мужья пользовались этим не только против буйных, но и против неудобных жен. Известен случай Ханны Маккензи, которую муж добился поместить в лечебницу после того, как она отказалась уступить место хозяйки дома его племяннице. Одним из «лечений» истерии считался ручной или механический массаж малого таза — с 1870-х годов для этого использовали специальные аппараты на заводном приводе.
После свадьбы жена юридически исчезала
По принципу coverture, закрепленному английским правом, замужняя женщина не имела самостоятельной юридической личности — она как бы растворялась в муже. Юрист Уильям Блэкстоун сформулировал: муж и жена — одно лицо перед законом, и представляет это лицо муж.
На практике женщина не могла владеть имуществом, подписывать контракты, оставлять завещание без согласия мужа и даже подать иск в суд от своего имени. Если жену публично оскорбляли, в суд обращался муж — пострадавшим по закону считался именно он. Деньги, которые женщина зарабатывала сама, автоматически становились собственностью мужа. Лишь акт о собственности замужних женщин 1870 года позволил им сохранять заработок, а поправка 1882 года — распоряжаться имуществом, которое они принесли в брак.
Развестись с мужем было почти невозможно
Закон 1857 года впервые разрешил гражданский развод в Англии, но условия для мужчин и женщин отличались в корне. Мужу для развода хватало доказать измену жены. Жене же нужно было доказать не только измену мужа, но и что-то сверх этого — жестокое обращение, оставление сроком от двух лет без единой попытки примирения или кровосмешение (читайте также: Почему мы изменяем? 7 неочевидных причин, о которых молчат психологи).
За полтора века до этого закона, с 1700 по 1857 год, в Англии зафиксировали всего 324 развода и только четыре из них состоялись по инициативе женщины.
Возраст согласия составлял 13 лет
До 1875 года английское право допускало сексуальные отношения с девочками от 10 до 12 лет — эта норма уходила корнями в средневековое законодательство. Акт 1875 года поднял планку до 13 лет, а до 16 ее довели лишь в 1885-м — после журналистского расследования Уильяма Стеда, который в рамках эксперимента купил тринадцатилетнюю девочку у ее собственной матери, чтобы доказать легкость подобной сделки.
Параллельно действовали законы иного рода. Акты о заразных болезнях 1860-х годов позволяли полиции в военных городах принудительно задерживать женщин, заподозренных в проституции, и подвергать их осмотру на венерические заболевания. Мужчин, посещавших этих женщин, не проверял никто — закон защищал солдат от болезни, а не женщин от насилия.
Красота стоила здоровья
Бледная полупрозрачная кожа считалась эталоном — и женщины ели пластинки с мышьяком, чтобы ее добиться. Вещество вызывало привыкание, а постоянное употребление приводило к поражению почек, нервной системы, выпадению волос и хроническому воспалению глаз.
Для того же эффекта в пудру и белила добавляли свинец — он разъедал кожу, вызывал отек век, паралич и атрофию мышц. Капли с экстрактом белладонны закапывали в глаза, чтобы расширить зрачки, а ценой становилось ухудшение зрения вплоть до слепоты. Туго зашнурованный корсет сдавливал ребра и внутренние органы, ограничивая дыхание — обмороки стали для викторианской леди скорее нормой, чем исключением.