13 апреля 1973 года в Вавельском кафедральном соборе в Кракове открыли гробницу Казимира IV Ягеллончика — короля Польши, умершего в 1492 году. К саркофагу не прикасались почти пять веков. Вскрыть его решили не ради сенсации: каменное надгробие нуждалось в реставрации, а останки требовалось изучить и перезахоронить. Разрешение на работы дал митрополит краковский Кароль Войтыла — тот самый, который через пять лет станет Папой Римским Иоанном Павлом II.
В гробницу спустились двенадцать человек: археологи, реставраторы и историки. Перед началом работ кто-то из них, по воспоминаниям коллег, пошутил про проклятие Тутанхамона — историю, которая к тому моменту уже полвека гуляла по газетам (читайте также: Проклятие Фараона: как вскрытие гробницы Тутанхамона унесло жизни всей экспедиции). Через несколько дней после вскрытия умерли четверо участников.
Еще через несколько недель счет дошел до десяти. Со временем, если считать не только тех, кто спускался вниз, но и сотрудников лабораторий, работавших с материалом из гробницы, число умерших выросло примерно до пятнадцати. Смерти были разными: инсульты, проблемы с сердцем, тяжелые респираторные заболевания, но общее у них было одно — все эти люди незадолго до того имели дело с содержимым королевского саркофага.
Польская пресса заговорила о «проклятии Ягеллонов». Версия прожила ровно до тех пор, пока за дело не взялся человек из той же группы.
Разгадку нашли под микроскопом
Одним из двух выживших участников первой группы оказался микробиолог Болеслав Смык. Он подошел к происходящему с профессиональной стороны: взял пробы с предметов, поднятых из гробницы (в том числе с королевских регалий) и отнес их в лабораторию.
В образцах нашлись сразу три вида микроскопических грибов: Aspergillus flavus, Penicillium rubrum и Penicillium rugulosum. Первый из них и оказался ключевым. Aspergillus flavus вырабатывает афлатоксины — одни из самых сильных природных ядов, поражающих в первую очередь печень. А еще при вдыхании спор он способен вызывать тяжелые поражения легких, и у людей с ослабленным иммунитетом инфекция нередко заканчивается смертью.
Пять веков наглухо закрытая гробница — почти идеальная среда для плесени: органика, стабильная влажность и полное отсутствие проветривания. Когда саркофаг вскрыли, споры подняло в воздух, и двенадцать человек в тесном замкнутом помещении вдохнули их без каких-либо средств защиты — в 1973 году никто не приходил на такие работы в респираторах.
Та же история, но в Египте
Самое интересное, что похожий вывод позже сделали и по «проклятию фараона». Смерти участников раскопок гробницы Тутанхамона в 1920-х годах десятилетиями объясняли местью древних жрецов, пока исследователи не обратили внимание на ту же самую плесень: Aspergillus flavus обнаружили и в египетских захоронениях (читайте также: Древние египтяне всегда забирали себе в рабыни женщин с этими 5 особыми чертами внешности).
Доказать цепочку «споры — болезнь — смерть» задним числом невозможно: вскрытий с нужными анализами в 1973 году никто не проводил, а часть умерших имела хронические заболевания и до работ в гробнице, поэтому грибковая версия остается ведущей, но не стопроцентно подтвержденной.
Зато вывод из краковской истории сделали быстро: сегодня вскрытие любого древнего захоронения — это работа в защитных костюмах, с респираторами и предварительным забором проб воздуха.