Есть особенности внешности, которые притягивают взгляд, а есть те, что исторически вызывали страх, подозрение и желание держаться подальше. Густые брови, которые сходятся над переносицей, относятся ко второй категории: на Руси и у других славянских народов черта была одним из главных визуальных маркеров человека, которому не доверяли.
Что говорили на Руси
В народных поверьях о ведьмах существовал целый список внешних признаков, по которым их якобы можно было опознать. Среди них были и сросшиеся брови. Об этом прямо говорит этнографический материал, собранный исследователями славянского фольклора: в описаниях ведьмы неизменно фигурировали «брови сросшиеся» как один из характерных внешних признаков.
У южных славян такие брови получили отдельное название — «волчий взгляд». Польская традиция шла дальше: там подобная особенность ассоциировалась с вампирами и оборотнями. На юге России обладателей таких называли «ведьмаками» (читайте также: «Ведьма с Уолл-стрит»: история жизни самой жадной женщины в мире, в которую невозможно поверить).
Важен контекст: сросшиеся брови воспринимались как черта «чужака». Антропологические исследования подтверждают, что особенность нетипична для славян — она характерна для народов Кавказа, Средней Азии, Ближнего Востока. Когда человек с такими бровями появлялся в деревне, это само по себе вызывало настороженность. А в эпоху, когда любое отличие от нормы объяснялось связью с нечистой силой, один шаг от «чужак» до «ведьма» был коротким.
Противоречивые приметы
Интересно, что отношение к сросшимся бровям на Руси не было однозначно негативным — оно было именно противоречивым. С одной стороны, людей с такими бровями избегали и боялись. С другой же существовали поверья, что обладатель сросшихся бровей удачлив в любовных делах. Северные традиции в целом относились к особенности с большей терпимостью, чем южные.
Народные приметы фиксировали и совсем конкретные наблюдения: если у человека чешутся брови — к гостю издалека. Если брови срослись — жди гостя или неожиданной новости. За формой бровей следили настолько внимательно, что в древности, если брови не устраивали, их попросту сбривали и рисовали заново. Контроль над внешностью был способом контроля над судьбой или хотя бы над тем, как тебя воспринимают окружающие.
Женщина со сросшимися бровями, согласно народным представлениям, обладала вздорным характером и была склонна к зависти и ревности (читайте также: Он смотрит на других женщин при вас: унижение, игра или безобидная привычка — разбираемся с психологом).
Что говорит наука
Название этой особенности — синофриз, от греческого «вместе» и «бровь». Это не болезнь и не отклонение, а просто анатомическая вариация — наличие оволосения между бровями, при котором они визуально сливаются в одну линию.
Антропологические исследования советских ученых, проводившиеся в середине XX века в центральных регионах страны, подтвердили: у русских сросшиеся брови практически не встречаются как этническая черта. Если она есть, это след смешанного происхождения, что само по себе ни хорошо и ни плохо, а просто биография нескольких поколений.
А что в других культурах
Показательно, что у народов Кавказа, в Иране, Афганистане, Пакистане и Индии сросшиеся брови исторически считались признаком красоты, причем как у мужчин, так и у женщин. Некоторые женщины там специально дорисовывали перемычку между бровями карандашом, чтобы создать этот эффект.
В Древней Греции монобровь и вовсе была идеалом: ее изображали на скульптурах богинь. Это прекрасно показывает, как одна и та же черта внешности может означать прямо противоположное в зависимости от культурного контекста. То, что в одной традиции маркировало ведьму, в другой указывало на богиню.
Как к этому относиться сегодня
В современной бьюти-культуре густые брови — это однозначный тренд уже больше десяти лет. Густые, натуральные, «живые» брови считаются признаком здоровья, молодости и ухоженности. Эпоха выщипанных в ниточку бровей осталась в девяностых, и большинство их обладательниц об этом жалеют.
Что касается перемычки между бровями — это вопрос личного выбора и эстетики. Одни убирают ее, другие оставляют как часть своей внешности. Есть только факт: эта черта — генетическая особенность, которая веками пугала людей именно потому, что выбивалась из привычного, а все непривычное на Руси объясняли одинаково.