Представьте: вы листаете ленту, и вам прилетает короткий ролик с одним утверждением. Те, кто не любит кинзу — носители гена бедности. За несколько часов ролик набирает миллионы просмотров, комментарии раскалывают публику пополам, и половина вашего окружения внезапно начинает яростно доказывать, что они обожают кинзу, хотя еще вчера демонстративно выковыривали ее из тарелки.
Кинза и ген бедности
Утверждение про ген бедности и кинзу устроено идеально с точки зрения вирусности, ведь оно задевает сразу несколько триггеров одновременно. Во-первых, еда — сугубо наше личное. Вкусовые предпочтения люди воспринимают как часть идентичности, и любое покушение на них вызывает немедленную защитную реакцию. Во-вторых, социальный статус тоже личное: слово «бедность» в одном предложении с вашими вкусами уже говорит даже не про саму еду, а про то, кто вы такой.
В-третьих, и это главное: тезис невозможно опровергнуть простой фразой «да это неправда». Чтобы возразить, нужно либо признать, что вы не любите кинзу (и тогда как будто согласиться с тезисом), либо начать доказывать обратное, что выглядит подозрительнее (читайте также: Что будет с организмом, если каждый день есть помидоры).
А почему кинза
Кинза — идеальный продукт для такого утверждения именно потому, что она реально делит людей на два непримиримых лагеря. Это, кстати, не субъективное впечатление: ученые подтвердили — примерно каждый седьмой человек на планете воспринимает ее запах как мыло или хозяйственное средство. Для остальных она пахнет свежестью и зеленью — два человека едят одно и то же, и буквально чувствуют разные вещи.
Добавьте к этому культурный контекст: кинза — типичная специя для Кавказа, Средней Азии, Индии и Латинской Америки. Там ее кладут везде и в больших количествах, и там же практически нет людей, которые ее не переносят. В России и Европе история другая — привычка к кинзе слабее, и процент тех, кому она неприятна, заметно выше. Тезис про «ген бедности» играет на этом культурном расслоении, хотя авторы вряд ли об этом думали.
Что происходило в комментариях
Реакция оказалась предсказуемо бурной: любители кинзы торжествовали и отмечали друг друга под роликом. Те, кто кинзу не переносит, в основном делали одно из трех: яростно отрицали, начинали внезапно вспоминать, что на самом деле кинза им нравится, или уходили в иронию — мол, да, я беден, зато с собой честный (читайте также: 8 фраз, которые притягивают бедность и одиночество).
А теперь что реально
Никакого «гена бедности» в природе не существует, зато существует ген OR6A2. Ученые проанализировали геномы около 30 000 человек и выяснили: те, кто не переносит кинзу, чаще всего являются носителями варианта этого гена. Он кодирует обонятельные рецепторы, сверхчувствительные к альдегидам — веществам, которые кинза выделяет для защиты от вредителей. Для носителей гена эти альдегиды пахнут мылом или клопами: а для остальных — цитрусами и свежестью.
Ген передается по наследству и не имеет никакого отношения к социальному статусу, доходу или чему-либо, что можно было бы назвать «бедностью». Среди тех, кому кинза неприятна, с равной вероятностью окажется нобелевский лауреат, успешный предприниматель или президент страны.
Можно ли полюбить кинзу, если она кажется отвратительной
Ученые считают, что да, но только через создание новых ассоциаций: мозг запоминает не просто запах, а контекст, в котором он встречается. Если несколько раз съесть кинзу в приятной обстановке, в составе блюда, которое нравится, постепенно восприятие может сдвинуться.
Есть даже конкретный способ: измельчить кинзу как можно мельче (потому что при разрушении клеток альдегиды быстрее выветриваются) и добавить ее в соус типа песто, где ее перебивают другие вкусы. Должно сработать даже для убежденных ненавистников.