«Дорогой дневник, сегодня я заказала мужу порчу. Надеюсь, она не сработает… на мне»

«Дорогой дневник, сегодня я заказала мужу порчу. Надеюсь, она не сработает… на мне»

«Пишу это, и руки дрожат. Не от раскаяния, нет. Еще кипит злость. От того, что я увидела в его телефоне. От этих пошлых смайликов, этих „зайчик“ и „скоро увидимся“. После десяти лет брака. После сына. Я была в ярости, слепой, удушающей. Хотела, чтобы ему было так же больно. Хуже.

Подруга нашептала про «сильную бабку» на окраине города. «Она всем помогает, — сказала она. — Мужей возвращает, а неверных наказывает». Я поехала, как в тумане. Домик с покосившимися ставнями, запах трав и воска. Гадалка — Аграфена Степановна (имя изменено) — смотрела сквозь меня. Выслушала и спросила сухо: «Ты понимаешь, чем рискуешь? Темное дело всегда имеет ответку. Особенно если в сердце одна ненависть». Я махнула рукой: «Делайте». Мне было все равно. Я платила за свою боль, чтобы он заплатил своей.

Ритуал я не помню детально. Только шепот, черную свечу и ощущение, будто из комнаты ушел весь воздух. Я уехала с холодным комом в груди и странной пустотой (читайте также: Жертва колдовства: 10 признаков, что к вам применили черную магию).

Первым звонком стало то, что через два дня Антон (муж) слег с диким приступом радикулита. Точно в день, когда у них была назначена встреча с той… «зайкой». Я почти злорадствовала. Получилось! Но в тот же вечер я оступилась на ровном месте у подъезда и сломала запястье. «Совпадение», — подумала я.

Потом началось со мной. Необъяснимая слабость. Сны, в которых я задыхаюсь. Зеркала, в которых мое отражение будто запаздывало на долю секунды. Дома стали пропадать вещи, а потом находиться на самых видных местах. Мелкие бытовые травмы: порезалась ножом, ошпарила кипятком руку. У Антона же, оклемавшегося от радикулита, началась полоса дикой удачи: он выиграл в лотерею на работе, получил внезапную премию. И… стал добрее ко мне. Видя мою бледность и гипс, забеспокоился, стал помогать по дому. Эта его забота была для меня самой страшной пыткой.

А потом заболел наш сын. Температура под 40 без симптомов. Врачи разводили руками. И в одну из бессонных ночей у его кровати меня осенило. Это не совпадения. Это — обратка. Проклятие, лишенное точного адреса, било по моему дому, по моему телу, по самому дорогому. Оно не тронуло его, оно выбрало меня и то, что я люблю.

Я в панике помчалась к Аграфене Степановне. Та лишь покачала головой: «Я предупреждала. То, что запущено, нужно останавливать. И платить за снятие вдвое». Я отдала все, что было. Она провела другой обряд, «очищающий». Сказала, что шлейф теперь будет долгим, как болезнь (читайте также: 5 мест в вашем доме, где обычно оставляют подклады — рассказывает экстрасенс).

Сын поправился. Шрамы на руке зажили. Но тишина в доме теперь какая-то звонкая, настороженная. Я ловлю на себе взгляд мужа и вижу в нем не вину, а недоумение. Я избегаю зеркал. А самое главное — я боюсь своих мыслей. Потому что теперь я знаю наверняка: самый страшный колдун — это твоя собственная неуправляемая ненависть. Она всегда находит дорогу домой».